Дональд Трамп, ранее критиковавший криптовалюты, значительно изменил позицию после возвращения в Белый дом. Смягчение регулирования совпало с ростом его личной вовлеченности в индустрию: по данным декларации, семья президента заработала в 2025 году не менее 1,4 млрд долларов на операциях с цифровыми активами. Основные доходы принесли собственный мемкоин Трампа и платформа World Liberty Financial, созданная совместно с его сыновьями и бизнес‑партнёром Стивеном Уиткоффом.
Участие политиков в криптооперациях вызывает споры и в других странах. В Великобритании Найджел Фарадж подвергся критике из‑за крупного криптоподарка, в Чехии министр юстиции Павел Блажек ушёл в отставку после пожертвования от осуждённого наркоторговца, а в Аргентине президента Хавьера Милея обвиняли в продвижении криптопроекта.
Эксперты отмечают, что криптовалюты становятся инструментом политики: они используются для финансирования кампаний, личного обогащения и лоббистского давления. Анонимность транзакций усложняет контроль и создаёт риски иностранного вмешательства. В ЕС под санкции попала платформа A7, которую обвиняют в попытках повлиять на выборы в Молдове.
Особую тревогу вызывает финансирование радикальных групп. По данным Chainalysis, европейские ультраправые организации активно привлекали криптовложения во время выборов 2024 года. Это привело к введению запретов на криптопожертвования в Великобритании, Бразилии, Ирландии и ряде штатов США.
Хотя криптоиндустрия не связана исключительно с правыми силами, эксперты считают её естественным союзником либертарианских и дерегуляционных политиков. В США криптобизнес стал одним из крупнейших доноров кампании 2024 года, направив 238 млн долларов преимущественно республиканцам.
Доходы семьи Трампа вызвали дискуссию о возможном конфликте интересов, однако администрация заявляет, что президент не участвует в управлении активами. Эксперты отмечают: подобные вопросы будут возникать до тех пор, пока законодательство не определит чёткие правила для государственных служащих.